- Только стрельни - завтра в тюрьму сядешь, - лыбится золотозубый. Он в хорошем расположении духа. А чего ему бояться: вспорет бок - и через секунду мы в холодной водичке будем пускать пузыри. Дурацкая ситуация: неизвестно еще, кто кого поймал. Мы их или они нас? Но до драки дело не дошло: взревел мотор, и дюралька так рванула, что едва не оторвала нам руки. Что прокричали нам весело и гортанно браконьеры, мы никогда не узнаем.

Таков итог нашей героической лунной прогулки. Вот так и воюем: у кого нервы покрепче и мотор помощнее.

На рассвете берем реванш. Наконец знакомлюсь с настоящим браконьером. Зовут его Виктор, рыбачит уже с десяток лет. А что ему еще остается, токарю и слесарю ДагЗЭТО, если родной завод почил в бозе - кому сейчас нужно электротермическое оборудование? Другой работы в Избербаше нет. Вот и нанялся, как и большинство заводчан, батрачить на браконьерских лодках. Иного здесь никому не дано: или торгуй, или бандитствуй. Впрочем, бандитом он себя не считает. И на погранцов зла не держит: у них своя работа, у него своя.

- Но ведь тебя, черта, и посадить могут!

- Всех не пересажают! - смеется Виктор. - А штраф - это с нашим удовольствием.

За десять лет он попадается уже в третий раз, законы знает.

Все утро мы собирали браконьерские сети. Завидев пластиковую бутылку, спешили к ней. Крючьями тягаем мокрый скользкий трос, отрезаем тяжелый якорь, освобождаем запутавшихся остроносых рыбин. Плыви, осетр, да больше не попадайся браконьерам. На морском "огороде" таких стометровых сетей может - сто, может- тыща! Причем выставлены в шахматном порядке, по течению: белой рыбе просто некуда деваться. Да что там рыбе: даже пограничный сторожевик несколько раз наматывал сети на винт.

- Вот так и живем, - вздыхает командир капитан-лейтенант Владимир Ротач. - Они ставят - мы выбираем. Но их тысячи и тысячи, а нас - единицы.

Владимир Алексеевич знает, что говорит. Даром что капитаном ПСКР всего год, но уже успел отличиться - награжден боевой медалью Ушакова. За что?

- А вот так же ночью шли мы скрытно, со светомаскировкой. И набрели на рассвете на неизвестное судно. Кто такие? "Судно "Руслан", курс в порт Оля на ремонт", - отвечают на запрос. Сопоставили мы данные: этот "Руслан" неизвестно где болтался целую неделю. Сыграли тревогу. Тот - деру, мы его догнали, приказали лечь в дрейф. Палуба хоть и замыта, а следы разделки рыбы все равно видны. В трюмах оказалось два мешка черной икры. И 39 тонн осетрины! Тридцать девять - запишите прописью, а то не поверят. Тут идет настоящая война. Тут не медали - боевые ордена матросам давать надо!

И это так. 80 процентов мировой популяции осетровых рыб находится в Каспийском и Азовском морях. Их начали грабить еще в веселые годы горбачевской перестройки, когда всеобщий наплевизм стал нормой жизни. Но апогей пришелся на девяностые годы, когда орды бандитствующих браконьеров "приватизировали" водные просторы.

Родное государство, хоть и с опозданием, но спохватилось. Еще в 1997 году на пограничные войска Северо-Кавказского управления ФПС были возложены в общем-то несвойственные им функции: охранять рыбные ресурсы. И они принялись исполнять их всерьез и основательно. Согласно своему Уставу и кодексу государственной чести. В ходе ежегодных почти непрекращающихся операций "Путина" и "Био" пограничниками проделана огромная, воистину героическая работа. Они сделали главное: подставили свое плечо рыбинспекции, возглавили и повели за собой природоохранную работу. Вот данные только по "Путине-2000", которая продолжается и сейчас. Досмотрено 1.648 судов, из которых более трехсот задержано и оштрафовано на 252 миллиона рублей. Изъято 112 браконьерских судов, 127 моторов, 67 тысяч крючьев и 320 километров сетей. Вдуматься только - 320 километров!

Икорный бизнес уже приобрел не только экономическую, но и политическую окраску. Он часть повышенного интереса спецслужб мусульманского мира, и конечно же, США, Англии, Германии и других наших "друзей", очень заинтересованных в нестабильности морских границ Кавказа. Рыбные доходы идут в том числе и на взрывчатку для Чечни. Наметился и встречный поток: из ущелий бандиты уходят "на заработки" в море. Недаром мало какая браконьерская байда выходит в море без обреза, без автомата, а то и гранатомета. С нами воюют всерьез, а мы все играем в войнушку.

Так где же корень зла? Может быть, ответ найду в кабинетах республиканской прокуратуры? Вот что рассказывает заместитель республиканского прокурора Ризван Курбанов:

- Недавно задержали шесть сотрудников махачкалинской транспортной милиции: они изготовились загрузить в поезд на Москву тонну осетровых.Где взяли? А купили у "какой-то незнакомой женщины". И это не самое громкое дело. Наше законодательство вроде бы строго карает как браконьеров, так и скупщиков. Причем последних даже строже. Статья 256-я УК за незаконный лов предусматривает штраф или 2 года лишения свободы. Это теоретически, потому как в море качается лишь безработная нищета: что с нее взять?

Прокуратура Дагестана направила в Народное собрание РД свои соображения по ужесточению борьбы с браконьерством: наказание до 5 лет, обязательную конфискацию, ограничение мощности моторов хотя бы до 40 лошадиных сил. В Госдуме России несколько лет готовится к рассмотрению закон "О рыболовстве", да все как-то не доходят до него руки.

И рыбинспекция, и прокуратура - все понимают, что мафия уже взяла за горло страну. А что же дальше-то? Проблема браконьерства на Азовском и Каспийском морях очень напоминает само орудие лова. На волне болтается лишь поплавок, пластиковая бутылка. За ним и идет охота. Вытянуть всю стометровую сеть, поднять пудовый якорь со дна морского у государства не хватает сил.

Смотрите, что получается: тонны белорыбицы проникают неведомыми путями через сотни милицейских кордонов от Каспийского до Баренцева моря -их никто не видит? Тысячи "предпринимателей" годами стоят за прилавками - их никто не видит? Десятки тысяч "правоохранителей" спокойно наблюдают эти вопиющие нарушения Закона - и ничего!

Вся надежда на старшего матроса Сашу Первушина да мичмана Виталия Степакина, которые на "Сайгаках" да водометных катерках "Аист" без права применения оружия выходят на крутую волну Каспия. Они не знают, на что нарвутся: на нож, на пулю или гранату. Как не знают ни капитан Владимир Ротач, ни командир сторожевой бригады Геннадий Хоменко, чем аукнется лично для них эта неравная борьба муравьев со слонами. Медалью Ушакова или очередным взрывом жилого дома в Каспийске?

Море смеется над такой "борьбой" с браконьерством. Море плачет кровавой пеной, рыбьими потрохами, выбелившими берега от Астрахани до Махачкалы. Еще год - два, и на мировых запасах осетров можно ставить крест. Под Каспийском когда-то снимался фильм "Белое солнце пустыни". С тех пор здесь никто, кроме пограничников, не говорит знаменитое: "За державу обидно!"